11 сентября 1990 года. Христианский праздник Усекновения головы Иоанна Предтечи. Небольшая деревянная, но, видно, ухоженная однокупольная со звонницей церковь. И всё пространство церковного двора, за двором, и даже на крыше – всё заполнено людьми. Несколько молодых ребят, человек десять, стояли довольно долго на звоннице с зажженными свечами. Молча, как и все, не двигаясь несколько часов (отпевание началось в 10, а к могиле гроб понесли в 16ч. 40мин). Лица, в основном, интеллигентные, немало с «неславянской» внешностью. Много неверующих: женщины с непокрытыми головами, кто-то, было заметно, крестился впервые, кто-то не крестился вовсе. Голова, как полагается у покойных священников, закрыта толстой парчовой тканью. Но видеть это, зная как его убили, было тягостно.
Присутствовали и выступали представители разных конфессий: католики, баптисты и др., его духовные дети. Отпевал митрополит Ювеналий, хитренько, как всегда, глядевший на собравшихся. Первым выступал Глеб Якунин, однокашник о. Александра, но забросивший служение ради политики. И говорил он исключительно «про политику»: «Мы с Б.Н. Ельциным…На заседании почтили память… Все встали… Дано поручение МВД и КГБ… Независимое расследование… Новый закон… и т.п.». Одна из выступавших вспомнила, как она спросила о. Александра, не собирается ли он уезжать, на что он ответил: «Наше место здесь». Несколько выступавших (все женщины) называли его святым (направил апостольски на путь веры многих людей) и даже чудотворцем (какого-то мальчика, тяжело больного он то ли устроил в хорошую больницу, то ли машину достал – все-таки Московская область - сказано невнятно). Несколько человек заговорили об антисемитизме в РПЦ. Один даже назвал имя какого-то архимандрита, гонителя А.Меня, кто-то требовал от РПЦ ясной оценки «Православного движения «Память», цитировали ап. Павла («нет ни эллина, ни иудея») и т.п..
Что же касается меня лично, то я никогда не воспринимал А. Меня ни «добрым пастырем» (как, например, владыку Георгия, епископа Челябинского, с которым мне посчастливилось близко общаться, - простого и доброго мужика, который взял как-то и вывел свою паству на уборку картошки), ни истым праведником (слишком уж земной). Но это был несомненно оригинальный мыслитель, философ, эрудит, особенно для нас, узкосоциалистически образованных. Поэтому лично для меня его гибель - утрата невосполнимая, причем, не как гибель священника, а, прежде всего, как гибель коллеги-интеллектуала. Пророческая по нашим временам.
Вообще ощущение значимости происходящего чувствовалось во всем. Был образцовый порядок для такого большого количества интеллигентов, собравшихся в одном месте. Когда у одной женщины началась истерика (она кричала не переставая), ее из плотно стоявшей немалой толпы тут же вывели во двор ребята в камуфляже. Было много теле- и кинокамер. Рядом со мной стояла какая-то женщина, стенографировавшая все выступления, где-то в углу брали интервью…
Вот и я, как булгаковский Левий, пытаюсь запечатлеть событие, значение которого большинству из нас пока не ясно.
11 сентября 1990
(электричка)


